Неудача успеха

Бомбардировочное командование

Так что и для Черчилля успешная кампания Бомбардировочного коман­дования была единственно возможным орудием спасения: национального, политического и даже личного. И все же стратегическое прозрение одержало верх и над вихрями эмоций, и над техническими проблемами. Читать далее

Спокойные пляжи

На Шри-Ланке гражданская война длит­ся десятилетиями на севере, но при этом иностранные туристы по-прежнему загорают на спокойных пляжах на юге. В Судане сражения шли только на юге, да и там они были по большей части сезонными. Поэтому гражданские вой­ны могут длиться десятилетиями. Но ни одна интенсивная широкомасштаб­ная война не может идти долгие годы, а тем более десятилетия, — некоторые из них сожгли сами себя за считанные недели или даже дни.

Читать далее

Мобилизация экономики

Полная мобилизация экономики началась только с февраля 1943 года, вследствие поражения под Сталинградом, приведше­го к катастрофическим потерям. И с того времени как силы немцев были вовлечены в войну в большем объеме, производство военного оборудования резко возросло и продолжало расти, так что увеличение тоннажа бомб, сбро­шенных на Германию в 1944 году, совпало с постоянным ростом немецкой военной промышленности.

Читать далее

Советский Союз

Даже если бы Советский Союз как-то уцелел (что казалось тогда в высшей степени невероятным), и последовала бы затяжная война, спасающая Британию от вторжения, только Королевские ВВС могли послужить военным инструментом, пригодным для того, чтобы довести вой­ну до некоего приемлемого завершения. Поэтому сэр Чарльз Портал и его коллеги из ВВС, бывших до недавнего времени во многом второстепенным родом войск, оказались в неожиданно важном положении — возможно, вдохновляющем, но предполагающем такую огромную ответственность, что внушало страх и трепет, если не ужас. В этом вихре эмоций, гордости, надежд и предельной тревоги было вполне естественно попытаться отыс­кать дорогу через темный лес, следуя некоему систематическому плану, в который можно было бы вовлечься полностью и который благодаря ариф­метически точным расчетам давал бы облегчение в столь грозный и непред­сказуемый час.

Уинстон Черчилль находился точно в таких же обстоятельствах; человек сильных и неудержимых чувств, он, видимо, попал в тот же вихрь эмоций, усу­гублявшийся куда более значительной личной ответственностью. Ведь имен­но его отказ принять мирные предложения Гитлера в июне 1940 года вызвал гибель 93 ООО британских мирных жителей — мужчин, женщин и детей — в последовавших бомбардировках. Именно из-за его политики Читать далее

Холодная война

Во время «холодной войны» государства Западной Европы собрались в коалицию, руководимую США, для того чтобы составить барьер сопротивления советской державе. Изначально здесь не было даже мельчайшего намека на сопротивление американской державе, которое стало несколько интенсивнее за годы, когда сама Европа становилась’сильнее, СССР слабел, и протекция американцев требовалась уже не так остро.

Североатлантический союз и его военная структура, НАТО, куда входи­ли США, Канада и тринадцать западноевропейских стран, сопротивлялся советской угрозе и заманчивым предложениям СССР в течение полувека. Интересно, насколько долго он переживет распад СССР. К настоящему вре­мени налицо лишь самое начало разрыва: по Европейской оборонной иници­ативе, выдвинутой в 1999 году, накануне войны в Косове, члены Евросоюза формируют собственный совет министров обороны с назначаемым главой и с генеральным штабом, причем США не имеют к этому никакого отноше­ния. Большинство стран — участниц этой инициативы являются в то же вре­мя членами НАТО, с чьей волей они все еще якобы считаются. Но, похоже, «стальной закон» существования коалиций уже действует: будучи созданы для того, чтобы сопротивляться врагам, они ненадолго переживают их.

Европа не обладает монополией на феномены стратегии. Те, кто знает кое-что о Японии до ее централизации Читать далее

Ночной бой

Хотя «Апач» изначаль­но задумывался для ночного боя и исходя из этого был снабжен новейши­ми встроенными инфракрасными приборами ночного видения, ни за одним из имевшихся пилотов не признали квалификации, нужной для того, чтобы летать с применением этих приборов. Начались надлежащие тренировки — возможно, с некоторым запозданием. 4 мая один «Апач» потерпел крушение, причем оба члена экипажа погибли. Вдобавок из-за отсутствия сухопутных сил, обладающих собственными разведсредствами, налицо была еще одна проблема: обнаружение целей, в ходе которого «Апачи» не подвергались бы дополнительной опасности, кружа над землей и отыскивая их. Разведыватель­ный самолет U-2, самолет дальней радиоэлектронной разведки AWACS, защи­щенный истребителями, поддерживаемыми в воздухе самолетами-заправщи — ками, а также вертолеты «Блэк Хок» в роли разведчиков были использованы в долгой череде тренировок по обнаружению цели. Это продолжалось до тех пор, пока война в Косове не закончилась, причем ни один из «Апачей» так и не вылетел на задание, поскольку генерал Кларк так и не получил полномочий применить их.

В 1993 году прекращение США войны в Сомали после того, как 18 сол­дат погибли в ходе неудачного рейда коммандос в Могадишо, объяснялось тем, что никакой значительный национальный интерес не оправдал бы новых смертей Читать далее

Сознательная стратегия

Даже если оставить в стороне сознательную стратегию уклонения от риска, совместное разворачивание потенциально способных к битве и безнадежно неэффективных солдат стремится свести КПД всех заня­тых в операции войск к самому низкому показателю. Так обстояло дело даже с отличными британскими солдатами в Боснии до 1995 года и с нигерийскими морскими пехотинцами в Сьерра-Леоне, которые в иных случаях зарекомен­довали себя как отличные бойцы. Постепенно даже по-настоящему элитные войска принимают тактику пассивной самозащиты, не позволяющую им ни действительно поддерживать мир, ни защищать мирных граждан.

Деградацию солдат, вызванную многонациональным составом их подраз­делений, сложно засвидетельствовать как таковую, хотя ее последствия видны в изобилии: множество убитых и искалеченных, изнасилованных и подверг­шихся пыткам людей всегда сопровождают вмешательство ООН. Но изредка подлинное состояние дел четко проявляется благодаря исключению из пра­вила, каким стал крепкий датский танковый батальон в Боснии, который тут же отвечал на каждую огневую атаку в 1993—1994 годах и быстро прекратил все попытки напасть на него. Если бы деградация до состояния полной пас­сивности не была столь обычным делом, поведение военных, действующих как истинные солдаты, не привлекло бы к себе такого внимания. И напротив, войска ЭКОМОГ (ECOMOG) в Сьерра-Леоне, в течение нескольких лет под­вергавшиеся Читать далее

Правители и режимы

Вот почему правители и режимы, которые получили власть не благо­даря каким-то устоявшимся процедурам, всегда стремятся к легитимности, прибегая то к идеологическим, то к религиозным оправданиям, к народному утверждению посредством выборов или без них либо даже апеллируя к дина­стическому праву наследования. В той мере, в какой обеспечена легитим­ность, налицо избавление от тяжких трудов и взаимообращений, присущих стратегии как таковой.

Провинции Римской империи завоевывались одна за другой, зачастую жестокими методами. Но империя сохранялась благодаря легитимности, которой она добилась, последовательно привлекая на свою сторону местные элиты самых разных культур и рас. Любая карьера была открыта им в обмен на лояльность, ни одна должность во власти не была для них недоступна — даже императорский трон. Благодаря этому Римской империи удалось избе­жать тех ситуаций, где властвует стратегия. Вместо того чтобы на раннем этапе развития дойти до кульминационной точки, империя распространя­лась в прямолинейной прогрессии, и каждая из усмиряемых одна за дру­гой провинций поставляла людей и ресурсы, необходимые для дальнейших завоеваний.

Завоевания осуществляла римская армия, но именно римская полити­ческая культура включения в свою среду и кооптации обеспечила Читать далее

Локальные конфликты

В наше время почти все войны превращаются в бесконечные сугубо локальные конфликты, потому что преображающие последствия как реша­ющих побед, так и взаимного истощения противников сдерживаются внеш­ними вмешательствами того или иного рода. Из-за этого бедствия войны продолжаются, но не приносят с собою убедительного мира. Даже когда сра­жаются копьями или дубинами, война может быть тотально разрушительной для участников и даже привести к полному уничтожению целых сообществ людей. Но до появления ядерного оружия можно было сохранять оптимизм относительно разрушений, которые причинит замышляемая война. Заво­евания, которые сулила война, можно было рассматривать в виде четкого идеализированного рельефа на скучном фоне вероятных потерь — предпо­ложительно, терпимых, почти не значительных. В условиях обычного дей­ствия парадоксальной логики стратегии ядерное оружие осталось неисполь­зованным с тех пор, как развилось от крайней разрушительной мощи первых ядерных устройств (чья энергия была эквивалентна десяти или двадцати тоннам условного взрывчатого вещества) до несравненно большей разруши­тельной силы термоядерного оружия, чья энергия эквивалентна миллионам тонн условного взрывчатого вещества — не считая разрушительной силы радиации. Как и все ирочее в области Читать далее

Динамического парадокса

Мы видели действие динамического парадокса стра­тегии и подтверждающие его примеры взаимооб — ращения на техническом и тактическом уровнях. Нам нужно еще рассмотреть средние уровни стратегии, но в настоящий момент полезно будет вознестись ненадолго на уровень большой стратегии (grand strategy), где каждая отдельно взятая область взаимодействует со всей совокупностью конфликта.

Враждебные отношения национальных лидеров и правительств друг с дру­гом точно так же подчиняются логике стратегии, как и взаимодействие сража­ющихся вооруженных сил. Но национальным лидерам несравненно труднее понять эту логику за всеми хитросплетениями многообразных уровней войны в целом. Кроме того, национальные лидеры лишь в редких случаях способ­ны применять на деле свою стратегическую проницательность, даже если они ей и обладают. Чтобы сохранить власть и авторитет, демократические лидеры должны подчиняться прямолинейной логике консенсуальной политики. Это значит, например, что они не могут действовать парадоксально, чтобы застать врасплох внешних врагов: им нужно осведомить граждан и подготовить обще­ственное мнение, прежде чем приступить к действию. Не могут они и отсту­пить от условностей данного места и времени, не утратив авторитета. В любом случае осознанное понимание феноменов стратегии является большой ред­костью у политических лидеров, чей талант заключается Читать далее