Логика стратеги

Привычные приемы

В случае победы все привычные приемы, тактические решения и методы той или иной армии будут огульно сочтены верными или даже блистательны­ми — включая даже те, что нуждались в серьезных улучшениях. Именно это случилось с израильской армией после ее впечатляющей победы в 1967 году. Быстро разгромив многочисленных египтян, надежно окопавшихся сирийцев и дисциплинированных иорданцев благодаря одной лишь комбинации тан­ковых атак (без какой-либо поддержки с воздуха для воспрещения действий противника), командующие закрыли глаза на факты, свидетельствующие о том, что потенциально эта тактика была уязвима. Ведь Советский Союз мог начать поставлять, а арабы — использовать и массово разворачивать проти­вотанковые и противовоздушные ракеты. Чудесная победа на трех фронтах в течение шести дней затмила собою полезные выводы, которые можно было бы сделать, проанализировав несколько эпизодов, в которых израильские войска потерпели небольшие тактические поражения и понесли неожидан­ные потери. Поэтому израильская армия не озаботилась усилением своих танковых подразделений за счет самоходной артиллерии й хорошо подготов­ленной пехоты, снабженной современными бронированными транспортными средствами. Вместо этого военный бюджет был потрачен на то, чтобы приоб­рести больше танков, и притом более совершенных; из-за Читать далее

Победы русских

Хотя победы русских были всего лишь тактическими (потому что немецкий фронт не распался), они все же показали себя более прилежными учениками Клаузевица в сравнении с немцами. Еще примечательнее то, что череда побе­доносных летних наступлений, перешедшая за «кульминационную точку», за которой последовали зимние контрнаступления недавно разбитых рус­ских, повторилась и в 1942 году — если не принимать во внимание того, что немецкий фронт под Сталинградом был разгромлен, притом с огромными потерями. В июле 1943 года немецкая армия, предпринявшая свое третье лет­нее наступление на Курской дуге, была уже гораздо слабее; Советской армии даже не пришлось дожидаться зимы, чтобы начать сильнейшую контрата­ку. Но с июля 1943 года уже немцы стали извлекать многообразные выгоды из парадоксальной логики, ослабляющей сильного в ходе его наступления и укрепляющей слабого в отступлении. Вот почему Советская армия вошла в Берлин только в конце апреля 1945 года.

Конечно, вышесказанное вовсе не означает, что победа непременно при­ведет к поражению, если В’егйна продолжается. Но если наступающая армия не имеет возможности получать подкрепления из неиссякаемых источников военной силы (т. е. из факторов внешних, «экзогенных» по отношению к логи­ке), то она должна будет остановиться и набраться сил, Читать далее

Важный момент

Здесь я отмечу следующий важный момент. Дело не столько в том, что стра­тегия включает в себя то или иное парадоксальное высказывание, вопиюще противоречивое, но при этом все же верное; дело, скорее, в том, что вся область стратегии пронизана парадоксальной логикой, весьма отличной от логики «пря­молинейной», которой мы руководствуемся во всех иных областях жизни. В сфере производства и «потребления, коммерции и культуры, социальных или семейных отношений, а также внутренней политики законно избранного правительства, то есть всегда, когда борьба или соревновательность более или менее сдерживаются законами и обычаями, в отсутствие конфликта (или если он возникает случайно) правит прямолинейная логика, суть которой состав­ляет обычный здравый смысл. С другой стороны, в области стратегии, где человеческие отношения обусловлены реальным или возможным вооружен­ным конфликтом, действует совсем другая логика, ведущая к совпадению и вза — имообращению (reversal) противоположностей. В этих ситуациях оказывается предпочтение парадоксальному поведению и обесценивается смысл обычных прямолинейно-логических действий, приводя к последствиям курьезным или даже смертельно опасным и трагическим.

Полно­масштабная подготовка

Правда, военных лидеров, войска которых обладают абсолютным пре­имуществом, вполне можно оправдать за отказ от внезапности ради полно­масштабной подготовки, для того, чтобы применить всю свою силу самыми прямолинейными методами и снизить организационный риск. Так обсто­яло дело, например, на первых этапах колониальных войн, где бы они ни велись; до тех пор, пока туземные воины не научились рассыпаться перед лицом хорошо обученных европейских солдат, снаряженных скорострель­ным оружием, лобовые атаки были очень эффективны. Это происходило и в течение последних месяцев Второй мировой войны в Европе, когда аме­риканская, британская и советская армии, обладавшие огромной огневой мощью, отдавали предпочтение открыто готовившимся атакам на немец­кую армию, пребывавшую в упадке; точно так же ВВС этих стран отбросили все ухищрения и приступили к массированным дневным бомбардировкам, которым почти не сопротивлялись немецкие и японские силы ПВО. Это все еще были военные действия,
но логика стратегии больше не применялась, потому что реакцию врага (да и само его существование в качестве созна­тельного живого организма) можно было попросту не принимать в расчет. Если враг настолько слаб, что его войска кажутся просто пассивными мише­нями, которые вполне могут быть и неодушевленными, то обычная пря­молинейная логика промышленного производства со всеми своими обыч­ными критериями производственной эффективности Читать далее

Внезапность

Тем не менее неудачи в достижении внезапности наносят ущерб, а иногда и приводят к катастрофе не только потому, что некоторые силы были сознательно принесены в жертву и поэтому их не хватало на поле боя (а такова отправная точка всех подсчетов управления рисками), но и вследствие психологического шока — расхожде­ния между оптимистическими ожиданиями и суровой реальностью. Всякий, кто замышляет внезапную атаку, раздумывает о ее исходе почти так же, как игрок на фондовой бирже, осознанно вкладывающий деньги в ценные бумаги с высокой степенью риска. И тот и другой могут проиграть, но ни от одного инвестора на фондовой бирже не потребуют вступить в смертельный бой сра­зу после того, как станет ясно, что его надежды на легкий успех не сбылись самым плачевным обраадм.

Кровопролитнейшие поражения Первой мировой войны, самым извест­ным из которых стал сокрушительный разгром наступления Нивеля в 1917 году, приведший французскую армию к серьезному провалу, были следстви­ем неудавшихся попыток достичь внезапности. Негибкие военные планы, согласно которым сражения подпитывались все новыми и новыми подраз­делениями (при наличии лишь железных дорог и наземной телефонной свя­зи ожидать большей гибкости и не приходилось), обернулись настоящей бойней, когда выяснилось, что достаточно много врагов пережили Читать далее

Оперативные ошибки

В задержке поездки на пляж не повинны никакие оперативные ошибки: мы предполагаем, что все водители были на высоте. Но, несмотря на усилен­ные тренировки, строгие проверки и частые упражнения, ни одно из подраз­делений вооруженных сил не может надеяться на то, что такое совершенство проявят все, кто должен иметь дело с различным оборудованием. Действи­тельно, требуется немалый автоматический навык для того, чтобы вести машину в потоке дорожного движения, но гораздо больше нужно для того, чтобы управлять большинством военных машин. К тому же вместо многих лет ежедневной практики, доступной даже водителям-новичкам, большинство военных водителей располагают лишь несколькими месяцами на приобрете­ние опыта, когда схожие операции повторяются лишь изредка, а поставлен­ная задача абсолютно нова либо для самих водителей, либо для их оборудо­вания.

В нашем примере план был очень прост: одна отправная точка, одна дорога и строго установленное направление. Кроме того, он был безупре­чен — если не принимать в расчет одну ошибку: отсутствие запаса времени, достаточного для того, чтобы избежать часа пик на дороге к пляжу. В состав­ленных в согласии со здравым смыслом военных планах видно стремление к подобной простоте, но достигнуть ее удается редко, потому что нужно коор­динировать работу нескольких составных частей каждого военного подразде­ления, вследствие чего Читать далее

Запертый дом

Пришлось заново отпирать уже запертый дом, ребенок пошел по своим делам и возвратился, машину снова завели — и в итоге эта семья прибыла на место встречи с небольшим опозданием, в 9.15. Другая семья, которой предстояла более дальняя поездка до места встречи, опоздала уже серьезнее, забыв захватить корзину с провизией для пикника. Ее отсутствие обнаружили уже на самом подъезде к месту встречи, и к тому времени, когда эти люди вернулись домой, нашли корзину и присоединились к остальным, было уже значительно ближе к 10 часам, чем к 9.

Третья семья стала причиной еще более значительной задержки: когда все было погружено, и все сидели в машине, она не завелась: разрядился аккуму­лятор. Когда доступные средства были испробованы (время между тем шло), пришлось долго дожидаться грузовика-буксировщика с более сильными акку­муляторами. Когда двигатель наконец завелся, ехать пришлось неимоверно быстро, но к тому времени, когда семья добралась до места встречи, было уже далеко за 10. Но даже тогда немедленно отправиться в путь оказалось невоз­можно. Некоторым детям пришлось ждать больше часа, и теперь настала их очередь просить о краткой задержке. К тому времени, когда все было гото­во, по дороге на пляж уже шло оживленное Читать далее

Торпеда

Торпеда стала применяться также в авиации, но гораз­до большее значение она обрела как главный вид вооружения подводной лодки. В период двух мировых войн торпеда в сочетании с подводной лод­кой образовала гораздо менее экономичное (по стоимости затрат), но куда более результативное боевое средство. И, конечно, даже исходное сочетание торпеды и корабля в виде торпедоносца произвело значительное воздей­ствие на баланс военно-морских сил, вынудив флоты, обладавшие крупны­ми кораблями, отвлекать свои ресурсы, чтобы обеспечить средства защиты, способные нейтрализовать новую угрозу.

Как мы увидим, в асимметричных столкновениях такие взаимные эффекты силового развития могут иногда принести той или иной стороне больше поль­зы, чем исходная боеспособность, обеспечиваемая узкоспециализированным новым вооружением. Но если какая-либо страна приняла реформистское нов­шество, так сказать, всей душой, сделав в своих ВМС ставку на исходно сверх — эффективные торпедные корабли, она вскоре обнаружит, что их сила недоста­точна.

Связь между изначальной эффективностью узкоспециализированных видов оружия и их уязвимостью перед лицом технических, тактических или оперативных контрмер не случайна. Это типичное выражение парадоксальной логики стратегии в ее динамической форме. То же самое явление становится очевидным Читать далее

Реактивные бомбарди­ровщики

С огромными усилиями быстро изготовили реактивные бомбарди­ровщики, достаточно маленькие для того, чтобы взлетать с палубы авианосца, но при этом способные наносить удары с дальних расстояний. Но тут началась ответная реакция СССР. Советские войска береговой обороны, авиация, под­водные лодки и сухопутные войска год за годом росли в численности и мощи, и именно СССР впервые разработал действительно эффективные противоко­рабельные ракеты.

Результаты становились все более впечатляющими, и советский ВМФ достиг бы кульминационной точки своего превосходства в обороне, если бы его усилиям не сопротивлялись. Ведь ВМФ США реагировал на это, снаряжая свои военные корабли все более и более эффективным противовоздушным и противолодочным оружием, значительно развивая технологии как радарно­го, так и сонарного обнаружения, а также размещая сети сонаров на океанском дне, постоянно преобразуя имеющуюся на борту авиацию для использова­ния в оборонительных целях и проявляя крепнущую склонность оставаться подальше от опасных морей, примыкающих к советским базам. Столкнув­шись со столь энергичной реакцией, советская контругроза авианосцам ВМФ США начала скатываться вниз по кривой, к поражению, так что к тому време­ни, когда Фолклендская война напомнила миру о морских сражениях, амери­канские авианосные группы были защищены очень хорошо — но лишь ценой очень больших затрат и с изрядными Читать далее

Реакция противника

Неустранимая возможность реакции противника, составляющая самую суть проблемы стратегии, не только расстроит большую часть надежд на рез­кое повышение эффективности, достигнутое благодаря узкой специализа­ции, но может и свести на нет даже самые скромные попытки придерживать­ся линейно-логической экономической практики в военном деле. Например: хотя вооруженные силы являются крупнейшей из всех социальных институ­ций, они не могут свободно добиваться экономии за счет эффекта масштаба роста серийного производства, приобретая вооружение и экипировку. Удру­чающее единообразие — проклятие современного индустриального обще­ства, но также и кэноч к его благам: на смену индивидуальным изделиям тра­диционного ремесленника, изготовленным по разнообразным техническим схемам, приходят немногочисленные, зато стандартизованные, разновидно­сти, изготовляемые в значительно больших количествах с гораздо меньшими затратами эффективными машинами, устройствами и приспособлениями, объединенными в трудосберегающие производственные линии. Именно одно­родность изделий и их деталей позволяет наладить массовое производство, и чем больше однородность всего, что производится, тем выше экономия. (Лишь с недавних пор внедрение компьютерного управления машинами начинает разрушать эту модель, поскольку оно позволяет наладить произ­водство различных Читать далее